Официальный сайт администрации переехал на INSTER39.RU


Euroregion / Еврорегион
Регламенты
Детские сады
Законодательство
ИТОГИ РАБОТЫ
Организации
ПОЛЕЗНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Советы депутатов
Учебные учреждения
Дела молодежные
Градостроительство
Блокнот
Лечебные учреждения
Муниципальный заказ
Туризм
Противодействие коррупции
ПЕРЕПИСЬ НАСЕЛЕНИЯ 2010
Экономика
Мун. имущество, земля -продажа
ТИК
ЖКХ
Газета
Культура и историческое наследие
Общественные организации


Галерея

Черняховск.SU

Черняховск.SU


Сайт правительства Калининградской области

Портал государственных и муниципальных услуг Калининградской области

Государственный Интернет-Сайт правовой информации



Погода в Черняховске



Поиск по сайту:



Рассылки Subscribe.Ru
Лента RSS Chernyahovsk.SU "Черняховск.SU"


Новости

Черняховск.SU
14.02.2010
ПРАВДА о войне
В канун 21-й годовщины со дня вывода Ограниченного контингента советских войск из Республики Афганистан, мы решили поведать читателю о человеке, который закалился в горниле страшной и беспощадной войны, долгое время именовавшейся необъявленной. Я беседую с ветераном афганской кампании Борисом ФИНЬКО.
Он родился 22 ноября 1953 года. Отец Бориса начал Великую Отечественную войну в 17 лет. Оказавшись в оккупации, под Ростовом он перешел линию фронта и попал в расположение Красной Армии. Воевал, войну закончил в районе нынешнего г. Мамоново. Мать Бориса - тоже участница Великой Отечественной войны, партизанила в Белоруссии в отряде Бабича.
После окончания школы Борис решил пойти по армейской тропе. В 1972 году призвался на срочную службу в армию. Служил под Ригой, потом в Калининграде - в 167-м мотострелковом полку. Отучился на инструктора тренажера ПТУР и снова вернулся в родной полк. А в 1980-м в Клайпеде начал формироваться новый полк, который очень скоро эшелонами прибыл на границу с Демократической Республикой Афганистан. Для оказания братской помощи. В Термезе полк простоял месяц, а 5 апреля пересек государственную границу...

Что мы потеряли в том мире чужом?
Неужто и вправду свой долг отдаем?
Едва начиная по жизни шагать,
Когда же успели мы так задолжать?

- Борис, какими были первые впечатления на новой земле?
- Когда-то в школе я изучал историю древнего мира. Вот и представьте: дехканин деревянной сохой ковыряет на быках глину. Вместе с тем на рогах быка болтается «Шарп 555», из которого льются восточные мелодии. Контраст, надо сказать, поразительный.
Нищета страшная, обыкновенные дрова продаются на вес. Открытая торговля наркотиками, потому что официально принят «сухой закон».
- Где вы служили?
- Наш мотострелковый полк, а еще строительный автобат, наливной батальон, база горюче-смазочных материалов и госпиталь дислоцировались в Пули-Хумри, провинция Баглан. Стояли в долине, в очень живописном месте.
Противотанковая батарея, к которой я был приписан, находилась в боевом охранении. Сначала было не так шумно, лишь изредка постреливали. А вот через полгода, к концу лета, банды пошли из Пакистана косяком. Стало «веселее» служить.
Я занимался сопровождением и охраной колонн, с командиром батареи вылетал на вертолете на корректировку огня. Дело жуткое, особенно когда снизу бьет пулемет, такое ощущение, как будто «трасса» летит тебе точно в пупок.
- Что особенно врезалось в память?
- Гибель друга, прапорщика Петрова. Мы все ходили в солдатской форме, чтобы духи не вычислили, кто солдат, а кто офицер. Звездочки были нарисованы авторучкой на погонах. Духи всегда сначала выбивали офицеров, чтобы оставить подразделение, что называется, без головы. А Петров не снял кокарду с пилотки. И снайпер, наверное, заметил ее блеск на солнце. Петров поднял руку, хотел что-то сказать, когда пуля вошла ему прямо между глаз.
…Свое первое ранение запомнилось. Получил его, кстати, по глупости. Наша колонна шла через долину, жара была страшная. А въехали в ущелье, повеяло прохладой. Я и снял каску. Вроде как даже гром загремел сверху. Я голову из кабины высунул, смотрю, тучи клубятся. А это духи заряд подорвали. Только я в кабину обратно нырнул, как огромный булыжник пробивает кабину и «втыкается» мне в голову. Два часа без сознания провалялся в кузове. Останавливаться нельзя: мы сопровождали колонну до границы. Оттуда, на БРДМ, - в обратную сторону. Почти 170 километров до госпиталя.
- Американцы вплотную занимались обучением душманов?
- Не знаю. Мы находили в расположении своей батареи следы черыков - местной самодельной обуви, а рядом - следы больших армейских ботинок. Наши разведчики идентифицировали их с обувью английских инструкторов.
- После вывода Ограниченного контингента советских войск из Афганистана даже отечественные военные эксперты заговорили о том, что наши войска не были надлежащим образом подготовлены к боевым действиям в условиях пустынной и горной местности…
- Ну, представьте: «В атаку! Ура!» И вперед, как по равнине. А ведь это горы! Мы у них как на ладони… Это потом наши начали учиться: построили горный учебный центр.
В сапогах тоже по жаре в 50-55 градусов выше ноля не побегаешь. Поэтому перед операцией все мы одевались в соответствии с уставом. Но как только звучала команда «По машинам!», вместо формы - маскировочная «сеточка», вместо фуражки - панама, вместо сапог - кроссовки. Иначе туго приходилось.
- Чем «духи» воевали?
- Автоматами Калашникова, в основном китайского и румынского производства. Английскими винтовками «Бур». Эта старая винтовка пробивает броню нашего бэтээра насквозь. Такое ощущение, как будто дырку дыроколом в картоне пробили. Чехословацкого оружия было много. А правительственная афганская армия была вооружена автоматами ППШ. И наши «тридцатьчетверки» у них еще бегали.
- Вы сталкивались с жесткостью со стороны душманов?
- На многих автомобильных дорогах стоят ограждения в виде придорожных столбиков. Так вот душманы иногда вместо столбика ставили наших солдат. Это у них называлось «кукла». Обколотый обезболивающим, еще живой солдат закопан по пояс. Уши и нос отрезаны, глаза выколоты...
Или обрубали руки и ноги, вкалывали обезболивающее, привязывали к верблюду и - в расположение нашей части. Такова была их политика устрашения по отношению к советским солдатам и офицерам.
- А с нашей стороны было нечто подобное? Западные журналисты много писали о том, что и с русской стороны хватало жесткости: и вертолетами «духов» разрывали, и в кишлаках беспредел творили?
- Только в 1981 году мы стали отвечать выстрелом на выстрел. До этого стрелять было категорически запрещено. Вы почитайте прессу тех времен: «Части Ограниченного контингента не воюют, а охраняют школы, больницы, мосты, дороги. Иногда проводят учения».
…Был у нас в полку старший лейтенант Кабанов. Три дня оставалось ему до возвращения домой. За день до отправки он вводил сменщика в курс дела, докладывал боевую обстановку. И в этот момент из кузова проезжающей мимо полугрузовой «Тойеты» ударил пулемет. Кабанова очередью прошило пополам.
За неделю до этого жена прислала ему телеграмму, где писала о том, что у них родилась дочь. Об этом, естественно, все в подразделении знали.
…Духов этих двоих, конечно, взяли. Поступил приказ: доставить их вертолетом в штаб дивизии. Но комендантская рота сопровождения не успела выполнить приказ. Когда солдаты узнали о смерти командира, они хватали все, что было под рукой - ломы, лопаты…
- С тех пор, как Советская Армия покинула Афганистан, прошел 21 год. В чем правда о той войне?
- С одной стороны, можно сказать, что «духи» защищали свою родину, и нам там нечего было делать. А с другой – учитывая все моменты международной обстановки, мы пришли в Афганистан, чтобы выполнить свой интернациональный долг. Парадокс.
Отказаться нельзя – я присягал на верность Родине. Меня бы не поняли друзья. Хотя многие из высшего командного состава отказывались воевать. Они бросали на стол партбилеты и уходили. И не всегда это объяснялось боязнью погибнуть. Я знал таких офицеров, которых вряд ли что в жизни могло испугать. Правда, их было немного. Они уходили по моральным соображениям, считали ввод войск вмешательством в дела другого государства. А вообще, из мирового опыта давно пора понять: войну против любого народа выиграть невозможно.
…Когда я уезжал, мой отец-фронтовик сказал: «Сынок, береги себя. Если бы ты шел воевать за Родину, я бы тебе слова не сказал. А так: береги себя».
- Вам снится Афганистан?
- Иногда. И я почему-то пытаюсь перейти границу в ту сторону. Не уйти, а именно попасть туда. Как будто там еще ничего не закончилось…


Другие новости: